8 минут на чтение 12 человек

Реклама

Реклама

Заявления Трампа в Truth Social: как биткоин, акции и нефть реагировали в 2025–2026 годах

Воскресенье, 2 февраля 2025 года. Американские фондовые биржи закрыты, а биткоин за несколько часов проваливается примерно до $91 442. Причиной нервозности стали новые торговые пошлины США. Полтора года спустя заявления Трампа в Truth Social по-прежнему заставляют трейдеров пересчитывать риски, но далеко не каждое сообщение оставляет долговременный след в котировках.

Одна публикация о криптовалютном резерве способна за считаные часы прибавить рынку сотни миллиардов долларов капитализации. Другая, об отказе от пошлин, меняет направление торгов акциями. На нефти реакция ещё сложнее: президент может пригрозить Ирану, но нефтяникам и перевозчикам нужно знать, сколько баррелей действительно пройдёт через Ормузский пролив.

За пятью эпизодами 2025–2026 годов виден общий механизм. Президентский пост быстро меняет ожидания. Затем рынок проверяет его по документам, переговорам и физическим поставкам. Именно на этом втором этапе первоначальные победители нередко теряют прибыль.

Воскресный дисконт до открытия бирж: биткоин у $91 442

Первого февраля 2025 года Дональд Трамп объявил пошлины в размере 25% на импорт из Мексики и большую часть товаров из Канады, а также дополнительный сбор 10% на китайские товары. Решение грозило ответными мерами торговых партнёров и новым витком роста издержек для американского бизнеса.

Уолл-стрит не могла отреагировать немедленно: на календаре была суббота. Зато круглосуточные криптобиржи продолжали работать. К ночи на 3 февраля биткоин опустился до $91 441,89, потеряв часть роста, накопленного после президентских выборов. Эфир за три дня подешевел почти на четверть.

Снижение BTC стало своеобразной досрочной оценкой торгового риска. Когда инвесторы опасаются замедления экономики, они сокращают заёмные позиции и продают активы, цена которых сильно зависит от готовности покупателей рисковать. Биткоин в этом эпизоде вёл себя скорее как высоковолатильный финансовый инструмент, чем как убежище от политических потрясений.

В понедельник, 3 февраля, уже открылись фондовые площадки. Их движение оказалось менее резким, чем ночная распродажа криптовалют:

• S&P 500 завершил сессию снижением на 0,76%.
• Широкий индекс доллара прибавил около 0,49%.
• Доходность десятилетних облигаций США сократилась примерно на четыре базисных пункта, до 4,54%.
• Нефть WTI закончила день ростом приблизительно на 0,9%.

В тот же день Вашингтон согласился отложить мексиканские пошлины на месяц. Для трейдера, продавшего BTC у ночного минимума, это означало неприятный разворот: рынок начал учитывать не только угрозу, но и вероятность переговоров.

Февраль показал преимущество и слабость торговли круглосуточным активом. Криптовалюты первыми поглощают политический шок, но на открытии фондовых бирж уже может действовать новая повестка. Позднее аналогичное расхождение между притоком средств в фонды и ценой BTC проявилось на рынке биткоина и спотовых ETF: денежный поток одного сегмента не диктует котировку всему рынку.

Пять криптовалют в постах и только биткоин в стратегическом резерве

Второго марта 2025 года президент назвал XRP, Solana и Cardano активами будущего американского крипторезерва. Затем к списку добавились биткоин и Ethereum. Для рынка это прозвучало почти как обещание государственного покупателя, хотя ни порядок закупок, ни объёмы финансирования тогда не были определены.

Сначала инвесторы покупали именно названные монеты. В течение воскресного ралли биткоин поднимался более чем на 11%, примерно до $94 164, Ethereum прибавлял около 13%. У XRP и Solana в отдельных рыночных срезах фиксировались ещё более резкие скачки. Суммарная капитализация крипторынка за несколько часов выросла более чем на $300 млрд.

Показательно, что рост концентрировался вокруг списка из постов. Рынок пытался заранее оценить будущий спрос со стороны государства, хотя юридическое содержание резерва оставалось неизвестным. Достаточно было предположения о покупках, чтобы собственные ожидания спекулянтов разогнали цены.

Но уже на следующий день биткоин откатился примерно на 8% от воскресных уровней. У инвесторов появились вопросы, на которые соцсеть не отвечала. Будет ли казначейство покупать монеты на открытом рынке? Потребуется ли решение Конгресса? Можно ли вообще одинаково обращаться с BTC и несколькими альтернативными токенами?

Шестого марта Белый дом подписал указ о стратегическом резерве биткоина и государственном запасе других цифровых активов. В нём оказались две разные конструкции:

• Стратегический резерв BTC формируется прежде всего из биткоинов, окончательно конфискованных государством. Такие монеты должны сохраняться как резервные активы.
• Отдельный запас других цифровых активов предназначен для управления уже принадлежащими государству активами, полученными в результате конфискации. Автоматической программы массовой покупки XRP, SOL или ADA указ не устанавливал.

Возможность дополнительных бюджетно-нейтральных приобретений биткоина ещё не равнялась немедленному выходу Минфина на биржу. Разница была принципиальной: повышение цены на ожиданиях покупок произошло раньше, чем появилось юридическое основание для конкретных действий.

Для владельцев альткоинов март превратился в урок о цене формулировок. Президент перечислил пять активов, а подписанный документ установил особый статус только для одного из них.

Четыре часа между призывом покупать и взлётом S&P 500 на 9,5%

Утром 9 апреля 2025 года американские инвесторы ещё пытались оценить последствия масштабных торговых ограничений. Индексы метались между ростом и падением, компании пересматривали цепочки поставок, а управляющие фондами искали признаки того, что Вашингтон готов смягчить позицию.

В 9:37 по нью-йоркскому времени Трамп написал в Truth Social: «THIS IS A GREAT TIME TO BUY!!!». Подпись DJT выглядела особенно заметно: одновременно это инициалы президента и биржевой тикер Trump Media. На тот момент рынку не было объявлено о скором пересмотре тарифов.

Менее чем через четыре часа последовало куда более существенное сообщение. Президент разрешил на 90 дней приостановить повышенные взаимные пошлины для большинства торговых партнёров, которые не ответили собственными ограничениями. Китай оказался исключением из общего смягчения. Базовый уровень пошлин и часть других торговых ограничений также продолжали действовать.

Американский рынок акций взлетел. К закрытию S&P 500 вырос на 9,5%, а за одну сессию вернул значительную часть потерь предыдущих дней. Рынок реагировал прежде всего на изменение тарифной политики, поскольку пауза уменьшала ближайший риск торговой войны и рецессии.

Однако утренняя публикация породила отдельный политический вопрос. Кто мог знать заранее, что столь важное решение последует в тот же день? Оппоненты президента и эксперты по этике потребовали разобраться, не создаёт ли подобный порядок сообщений преимущества для отдельных участников торгов. Само совпадение по времени не доказывает незаконного использования информации или манипулирования рынком.

Для инвестора здесь было два совершенно разных сигнала. Призыв покупать выражал позицию президента, а объявленная позже тарифная пауза меняла будущие расходы бизнеса. Профессиональный трейдер мог заработать на первом сообщении, но масштаб дневного движения объяснялся содержанием второго.

Гренландские горки: пошлины испугали Уолл-стрит, отказ развернул рынок

В январе 2026 года тарифная политика столкнулась с неожиданным предметом спора. Трамп пригрозил дополнительными пошлинами восьми европейским государствам, которые выступали против американских притязаний на Гренландию. Ставка 10% должна была вступить в силу 1 февраля с возможным повышением до 25% в июне.

Сообщение было опубликовано в субботу, 17 января. В понедельник американские биржи не работали из-за Дня Мартина Лютера Кинга. Поэтому первая полноценная сессия фондового рынка после угроз состоялась только 20 января.

Сразу несколько рынков отреагировали на опасность нового конфликта между США и европейскими союзниками. Индекс S&P 500 потерял 2,06%, Nasdaq Composite снизился на 2,39%, биткоин подешевел более чем на 3%. Одновременно инвесторы продавали доллар и американские облигации, а золото укреплялось. Такая комбинация отражала опасения уже не только за прибыли компаний, но и за предсказуемость самой американской политики.

На следующий день ситуация изменилась. После встречи с генеральным секретарём НАТО Марком Рютте Трамп сообщил о рамочной договорённости по Гренландии и отказался вводить намеченные на 1 февраля пошлины. В момент выхода этой новости S&P 500 прибавлял около 1,4%, а итоговый рост индекса за 21 января составил 1,2%.

Сначала рынки заложили в цены опасность торгового конфликта, затем стали эту надбавку убирать. Но возврат котировок не означал решения всех вопросов о статусе острова. Достаточно было устранить ближайшую угрозу пошлин.

Торговые переговоры нередко дают подобный эффект: участникам рынка важнее срок действия ограничений, чем громкость дипломатических заявлений. Это проявилось и в более ранних переговорах Трампа и Си Цзиньпина, где практическое значение имело продление торговой паузы между США и Китаем.

Нефтяной рынок привыкает к угрозам: 269 постов и затухающий импульс

На рынке нефти президентский пост быстро превращается в вопрос о танкерах, страховке, портах и запасах. В отличие от акций, цену барреля невозможно надолго удерживать одной риторикой, если фактические объёмы поставок и потребления складываются иначе.

Вечером 19 августа 2026 года Трамп пригрозил экономической изоляцией Ирана и последствиями странам, которые продолжат поддерживать Тегеран. Война уже осложнила движение нефти из региона Персидского залива. Участники торгов опасались, что дополнительное давление приведёт к новым перебоям.

Двадцатого августа октябрьские фьючерсы Brent закрылись на $93,78 за баррель, прибавив $2,16, или 2,4%. Сентябрьский контракт WTI подорожал на $2, до $87,83, или на 2,3%. Для энергетических компаний и нефтепереработчиков подобное движение меняло текущую стоимость сырья, а для перевозчиков усиливало значение рисков маршрута через Ормуз.

И всё же самое любопытное обнаружилось в серии публикаций, а не в одном торговом дне. В исследовании 269 сообщений Truth Social об Иране и Ормузском проливе с 28 февраля по 19 августа сравнивались пятиминутные изменения нефтяных фьючерсов. После президентских постов среднее изменение составляло около 0,73% против 0,2% на обычных пятиминутных интервалах.

Это заметная разница, но сила первоначальных скачков постепенно ослабевала. Трейдеры научились быстрее отличать новую угрозу от повторения уже известных обещаний. Если сообщение не меняло вероятность фактического перекрытия маршрута или объём доступной нефти, первоначальное движение нередко угасало.

У каждого участника рынка была своя проверка реальности:

1. Нефтеперерабатывающие заводы оценивали, смогут ли получать сырьё по контрактам и сколько будет стоить его доставка.
2. Владельцы танкеров и страховщики следили за безопасностью судоходства, страховыми премиями и возможностью прохода через пролив.
3. Трейдеры фьючерсами пересчитывали вероятность дефицита и стоимость защиты от ценовых скачков.

Поэтому одинаково резкие слова могли вызвать разный результат в разные месяцы. На нефти политический сигнал проходит через физический рынок, который нельзя перестроить в пределах одного поста.

Заявления Трампа: $1,2 млн в год за скорость без гарантии прибыли

Влияние президентских публикаций стало бизнесом само по себе. Trump Media предложила финансовым клиентам Truth API, который передаёт уже опубликованные сообщения из Truth Social с минимальной технической задержкой. Стоимость премиального доступа достигала $100 000 в месяц, или $1,2 млн в год.

Для алгоритмической торговли даже доли секунды могут иметь цену. Машина способна распознать слова о пошлинах, Иране или крипторезерве и выставить заявку быстрее человека, читающего обычную ленту новостей. Однако скорость доставки информации не означает знания о том, какое решение будет принято позже.

Особенности ускоренного доступа к постам через Truth API уже раскрывают коммерческую сторону этой гонки. Рыночные эпизоды 2025–2026 годов показывают её главную границу: первыми получают сигнал многие, а удержать прибыль могут лишь те, кто правильно оценил дальнейшее развитие событий.

Самый короткий путь от президентской публикации к цене выглядит так:

• новая тарифная угроза → ожидание дополнительных издержек для бизнеса → сокращение рискованных позиций → давление на акции и биткоин.

При сообщениях о смягчении политики та же логика работает в обратную сторону. На нефтяном рынке между ожиданием и котировкой добавляется ещё одно звено: вероятность реального нарушения поставок. Наличие этого звена объясняет, почему реакция нефти не обязана совпадать с движением Nasdaq или BTC.

У инвестора остаются три практических вопроса. Изменилось ли юридически обязательное решение? Сдвинулись ли денежные потоки, торговые тарифы или реальные поставки? И сколько ожиданий уже было заложено в цену до публикации?

В апреле 2025 года ответ появился через четыре часа, в марте понадобился отдельный президентский указ, а в августе 2026-го нефтяные трейдеры всё чаще искали подтверждение в движении баррелей. Президент сохраняет способность заставить рынок вздрогнуть. Длительный тренд всё же зависит от того, что последует за сообщением.

Источники

• Reuters — тарифные объявления США и реакция биткоина, акций и нефтяных фьючерсов в феврале 2025 года и августе 2026 года.
• Associated Press — события 9 апреля 2025 года, торговая пауза и динамика индекса S&P 500.
• Белый дом США — указ от 6 марта 2025 года о стратегическом резерве биткоина и государственном запасе цифровых активов.
• Reuters и Associated Press — события вокруг Гренландии и движение американского рынка 20–21 января 2026 года.
• Axios — статистический анализ 269 публикаций Truth Social об Иране и Ормузском проливе.

Больше новостей здесь.