12 минут на чтение 9 человек

Реклама

Реклама

Промежуточные выборы в США 2026: демократы взяли Палату представителей и Сенат — что будет с Трампом и рынками

Промежуточные выборы в США 3 ноября обернулись для Республиканской партии поражением, которое меняет политическую архитектуру Вашингтона на оставшиеся два года президентства Дональда Трампа. Демократы получили большинство в Палате представителей и Сенате, выиграли выборы в традиционно консервативных штатах и отобрали у республиканцев несколько губернаторских постов. У партии Трампа больше нет парламентского механизма для беспрепятственного проведения его решений. Конфликт за бюджет, финансирование войны с Ираном и полномочия президента теперь будет влиять на котировки нефти и газа, доллара, государственных облигаций, акций технологических компаний и криптовалют.

Промежуточные выборы в США: республиканцы потеряли обе палаты

К утру 4 ноября демократический блок обеспечил 54 места в Сенате против 44 у республиканцев; две гонки оставались без окончательного результата. В Палате представителей демократы преодолели отметку в 218 мандатов, необходимую для большинства, и продолжали наращивать преимущество. Такого размаха демократы добились за счёт избирателей, которые ещё два года назад обеспечивали Трампу уверенные победы.

Важнейший прорыв произошёл в Техасе. Джеймс Таларико победил Кена Пакстона на выборах в Сенат, а Джина Инохоса лишила губернаторского поста Грега Эбботта. Трамп выиграл этот штат в 2024 году примерно с 14-процентным преимуществом. Демократического сенатора Техас не избирал с 1988 года. Теперь в одном из крупнейших экономических центров США сразу два ключевых поста перейдут к представителям другой партии.

Канзас преподнёс результат, который ещё недавно считался почти невероятным: демократ Адам Гамильтон обошёл действующего сенатора Роджера Маршалла. Последний раз штат избирал демократа в Сенат в 1932 году. Особенно показательным стало голосование умеренных избирателей: около семи из десяти поддержали Гамильтона. В округе Сьюард, где Трамп два года назад побеждал с перевесом в 39 пунктов, Гамильтон опередил соперника на 13 пунктов. Разворот затронул не только пригороды, но и сельские районы с большой долей латиноамериканского населения.

Демократы забрали прежде республиканские сенатские места также в Айове, Огайо, Южной Каролине, Северной Каролине и Мэне. В Огайо вернулся в Сенат Шеррод Браун, в Айове победил Джош Турек, в Северной Каролине — бывший губернатор Рой Купер. Победа Энни Эндрюс в Южной Каролине стала отдельным ударом по кадровой политике Трампа: здесь избиратели отвергли кандидата, которого он поддерживал лично. На губернаторском уровне демократы сменили республиканцев в Джорджии, Огайо, Айове и Техасе. Для отраслей, зависящих от решений штатов, смена губернаторов может оказаться не менее ощутимой, чем новый состав Конгресса.

Поражение распространилось на округа с очень разными доходами, образованием и структурой занятости. Республиканцы потеряли позиции в подавляющем большинстве примерно 1700 округов, по которым были обработаны основные массивы голосов. Предвыборная попытка партии перекроить границы ряда избирательных округов также не дала ожидаемого преимущества. Кандидаты-демократы выиграли первые 20 наиболее конкурентных гонок за места в Палате представителей, в которых определились победители.

Джон Оссофф: Джорджия дала демократам фигуру национального масштаба

Сенатор Джон Оссофф переизбрался в Джорджии, набрав около 58,4% голосов в борьбе с республиканцем Майком Коллинзом. Двумя годами ранее Трамп выиграл президентское голосование в этом штате. Оссофф превратил кампанию в спор о коррупции, влиянии крупных денег на власть, тарифах и цене войны с Ираном. Именно на нём республиканцы рассчитывали отыграть один из демократических мандатов; вместо этого они получили убедительную победу оппонента Трампа.

В политической биографии Оссоффа давно заметна ставка на расследования и антикоррупционную повестку. Его обвинения в адрес администрации касались предполагаемых конфликтов интересов и непрозрачных связей бизнеса с государственной властью. Теперь он войдёт в Сенат, где комитеты смогут получать документы и вызывать чиновников на слушания. Для Белого дома это неприятное сочетание: оппонент с сильным личным мандатом получает ещё и парламентский инструмент проверки федеральной администрации.

Победа усиливает разговоры о президентских выборах 2028 года. Октябрьский опрос показал, что 84% вероятных избирателей-демократов Джорджии хотели бы видеть Оссоффа претендентом на Белый дом. Сам сенатор пока заявляет об отсутствии интереса к президентской гонке. Но в партии, которая ищет кандидата с опытом победы над трампистами в конкурентном штате, его успех становится весомым аргументом. У республиканцев похожая задача сложнее: им придётся объяснять собственным избирателям, почему политическая коалиция Трампа теряет даже привычные территории.

Почему Трамп стал проблемой для собственной партии

Трамп фактически сделал промежуточные выборы голосованием о себе. На митингах он призывал сторонников вести себя так, словно его фамилия стоит в бюллетене. Он вмешивался в праймериз и продвигал лояльных кандидатов, даже когда часть республиканцев предупреждала об их слабых шансах на всеобщих выборах. В Техасе президент поддержал Пакстона против действующего сенатора Джона Корнина; в Южной Каролине сделал ставку на Дарлин Грэм. Оба решения завершились потерей мест.

После поражения Трамп попытался переложить ответственность на кандидатов и напомнил, что его имени не было в бюллетенях. Но такая защита выглядит слабой именно потому, что он заранее требовал считать выборы референдумом о его политике. Республиканские стратеги уже обсуждают стоимость безусловной лояльности президенту. Впереди президентская кампания 2028 года, и претендентам на лидерство в партии придётся выбирать между сохранением связи с MAGA и возвращением независимых избирателей.

Экономика создала для республиканцев ещё более тяжёлую проблему. Почти девять из десяти опрошенных избирателей считали дороговизну важным фактором голосования. Тарифы Трампа, инфляционное давление и затянувшаяся война с Ираном ударили по домохозяйствам через цены на топливо и потребительские товары. Латиноамериканские и молодые избиратели, среди которых Трамп укрепил позиции в 2024 году, начали уходить от республиканцев. Потеря латиноамериканских и молодых избирателей создаёт для республиканцев проблему уже на президентской кампании 2028 года.

Незадолго до голосования Трамп обещал по $5000 каждому взрослому американскому гражданину, если республиканцы сохранят обе палаты. Сам президент оценивал подобную программу примерно в $1 трлн и связывал её с поступлениями от тарифов. Конкретного закона, который обеспечивал бы такие выплаты, Конгресс не принял. Избиратели предпочли голосовать исходя из уже оплаченных счетов за продукты, бензин и кредиты, а не из обещаний будущего чека.

Даже беспрецедентные политические расходы не спасли республиканцев. К концу октября пожертвования Илона Маска связанным с партией комитетам приблизились к $446 млн, из них около $224 млн были направлены на борьбу в Техасе. Семья Ричарда и Элизабет Юлайн вложила около $150 млн, Джефф и Джанин Ясс — $110 млн. Демократов поддерживали, среди прочих, структуры Джорджа Сороса на $102 млн и Майкл Блумберг на $84 млн. Эти деньги обеспечивали рекламу, политическую организацию и работу с избирателями, но провалы республиканских кандидатов показали предел эффективности такой поддержки на фоне массового недовольства.

Для Маска результат ещё и коммерчески чувствителен. Новый Конгресс получает возможность проверить государственные контракты SpaceX, прежнюю роль предпринимателя в федеральных органах и потенциальные конфликты интересов. На европейской площадке Tradegate бумаги Tesla и SpaceX в первые часы реакции теряли около 4,5–5%, заметно сильнее других крупнейших технологических компаний. Рынок начал учитывать не только политическую репутацию миллиардера, но и будущие условия взаимодействия его бизнесов с государством.

Конгресс против Белого дома: бюджетная блокада и вероятность импичмента

3 января 2027 года в Вашингтоне начнёт работу новый Конгресс. С этого момента республиканцы утратят возможность проводить значимые федеральные законы и бюджетные ассигнования исключительно голосами своей партии. Администрации придётся договариваться с руководством демократов о финансировании ведомств, налоговых изменениях, военных программах и крупных государственных проектах. Без такой сделки новые инициативы Трампа будут застревать ещё до президентской подписи.

Сам Трамп в ночь выборов сделал ставку на право вето. Он пообещал отклонять законодательные инициативы демократов, которые сочтёт неприемлемыми, и предположил, что после нескольких месяцев противостояния оппоненты сами придут к нему договариваться. Однако вето не даёт президенту права самостоятельно выделять деньги из федерального бюджета. Если Белый дом откажется от компромисса, демократы смогут блокировать финансирование приоритетных проектов администрации. Трамп, в свою очередь, способен останавливать демократические законопроекты. Это уже не обычный торг о поправках, а перспектива взаимной законодательной блокады.

Особенно болезненной может оказаться борьба за ежегодные расходы. Без согласованных ассигнований части федеральных ведомств грозит остановка работы, а подрядчикам — задержка новых контрактов. Новое большинство также возглавит ключевые комитеты, получит доступ к парламентским расследованиям и сможет тормозить президентские назначения в Сенате. Для Белого дома цена политического конфликта возрастает: он затрагивает работу администрации, а не только её способность объявлять новые программы.

Вопрос импичмента после выборов тоже перестал быть чистой теорией. Палата представителей может предъявить президенту обвинения простым большинством. Сенат рассматривает дело и решает вопрос об отстранении; для обвинительного вердикта нужны голоса двух третей присутствующих сенаторов. При полном составе верхней палаты порог составляет 67 голосов. Если демократический блок сохранит 54 места и выступит единогласно, ему понадобятся 13 республиканцев; при увеличении блока до 55 — двенадцать.

Для политической партии, только что потерявшей Сенат, Палату представителей и ряд губернаторских постов, отношение к Трампу становится вопросом выживания. Сенаторы, которым предстоят собственные выборы, будут смотреть на падение поддержки президента в своих штатах и на перспективы республиканского кандидата в 2028 году. Если будущие расследования дадут основание для обвинений в серьёзных злоупотреблениях, часть республиканцев получит политический мотив дистанцироваться от Трампа уже через голосование в Сенате. Число в 12–13 голосов остаётся высоким барьером, но раскол после электорального разгрома делает такой ход вполне возможным.

При предыдущем процессе по импичменту в 2021 году против Трампа проголосовали семь республиканских сенаторов. Теперь ему придётся бороться за партийную лояльность в куда менее выгодных условиях. До января новая команда законодателей ещё не распоряжается комитетами и повесткой, однако борьба за руководство Республиканской партией и подготовка расследований могут начаться немедленно. Президенту всё труднее выступать единственным центром притяжения для республиканцев, когда его личный бренд становится электоральной нагрузкой.

Война с Ираном: Конгресс получает рычаг давления на Трампа и цены на нефть

У демократов появляется мощный бюджетный инструмент давления на военную политику Белого дома. Война США и Израиля против Ирана, начавшаяся в конце февраля, уже обошлась американским налогоплательщикам в $47,1 млрд по оценке Пентагона на 16 октября. Из этой суммы около $29 млрд приходилось на восполнение запасов боеприпасов, $11,9 млрд — на дополнительные операционные затраты и около $6 млрд — на утраченное оборудование. Полная стоимость конфликта выше, поскольку часть повреждений американской инфраструктуры в оценку не вошла.

24 июня администрация запросила у Конгресса дополнительные $87,6 млрд, около трети которых непосредственно связывалось с войной. Позднее обсуждался пакет на $95 млрд, охватывавший также другие оборонные потребности. Для президента, который ещё осенью допускал новые удары по Ирану, бюджетное сопротивление двух палат превращается в реальное ограничение. Демократы смогут отклонять новые ассигнования, требовать расходов по конкретным статьям и связывать согласие с выводом войск, надзором или дипломатическими обязательствами.

Резко сократить военную активность одним голосованием будет сложно: Пентагон располагает действующими бюджетными полномочиями, а президент командует вооружёнными силами. Поэтому борьба развернётся прежде всего вокруг следующих траншей денег, сроков их выделения и законности продолжения операций. Долгий конфликт на фоне бюджетного тупика будет ухудшать позиции Белого дома. Для демократов же ограничение расходов на войну — возможность предъявить избирателям результат именно по тому вопросу, который стоил республиканцам части голосов.

Экономический масштаб значительно превышает собственно военный бюджет. Через Ормузский пролив в 2025 году проходили около 20 млн баррелей нефти и нефтепродуктов в сутки — примерно четверть мировой морской торговли этим сырьём. Через тот же маршрут транспортировалось около 19% мирового СПГ. Основные получатели нефти — азиатские экономики; европейский газовый рынок страдает от конкуренции за катарские и другие свободные партии топлива. Обходные нефтепроводы Саудовской Аравии и ОАЭ способны перенаправить лишь ограниченную часть экспорта.

4 ноября нефтяной рынок продемонстрировал скорость переоценки рисков. В 07:30 UTC Brent дорожала до $104,36 за баррель, WTI — до $96,72. Уже к 10:34 UTC Brent опустилась до $101,85, а WTI до $94,91. Изменение произошло на фоне сообщений об ударах, перспективах посредничества Катара и восстановлении части ближневосточных отгрузок. В октябре потоки нефти, конденсата и нефтепродуктов из региона достигли 17,1 млн баррелей в сутки, оставаясь ниже довоенного уровня.

Будущие решения Конгресса могут повлиять на нефть через три разных канала:

• Ограничение новых военных ассигнований усилит давление на администрацию в пользу переговоров. Устойчивое прекращение ударов и снижение угроз танкерам уменьшат страховую и логистическую премию в цене Brent.
• Продолжение операций на фоне бюджетного тупика сохранит высокую стоимость страхования и неопределённость для судовладельцев и импортёров. При ограниченном предложении СПГ Европа и Азия продолжат конкурировать за поставки.
• Новый виток ударов по портам, судам и энергетическим объектам способен снова резко поднять нефть и газ, независимо от того, сколько денег Вашингтон согласовал на последующие месяцы.

Высокие цены на топливо усиливают инфляцию в США, повышают транспортные и производственные расходы и осложняют политику Федеральной резервной системы. Для Белого дома возникает замкнутый круг: война давит на экономику, экономические издержки снижают поддержку президента, а новый Конгресс получает всё больше аргументов для сокращения финансирования войны. Масштаб этого конфликта ощущают далеко за пределами Соединённых Штатов.

Рынки после выборов: доллар и облигации выиграли раньше акций

Утром 4 ноября торги начались с распродажи американских акций, прежде всего технологических. Фьючерсы на Nasdaq-100 теряли до 2,4%, на S&P 500 — до 1,4%. Затем индексные контракты восстановились: к 04:22 по времени Нью-Йорка фьючерсы на Dow Jones прибавляли 0,84%, на S&P 500 — 0,35%, на Nasdaq-100 — 0,16%. Признание Трампом результатов выборов снизило первоначальный риск острого конституционного конфликта. Дальше инвесторы перешли от эмоциональной реакции к оценке будущих законов, налогов и государственных расходов.

Для доллара удар оказался более устойчивым. В ходе азиатской сессии индекс DXY снижался на 0,6%, до 101,27 — месячного минимума. Евро в том же срезе укреплялся до $1,1258, доллар падал против иены и швейцарского франка. Позднее курс евро поднимался к $1,133. Инвесторы закладывали уменьшение бюджетного стимулирования и риск замедления ИИ-инвестиций, которые долго поддерживали американский рост.

Доходность десятилетних казначейских облигаций США опускалась до 4,915% в одном из ранних срезов и достигала ночью минимума около 4,89%; позднее она восстановилась к 4,92%. Покупка Treasuries отражала ожидания меньших бюджетных расходов и более слабого спроса на деньги со стороны корпораций. Октябрьское решение ФРС сохранить ключевую ставку в диапазоне 3,75–4,00% было принято большинством 10 против 2; два участника требовали повышения. Поэтому дальнейшая динамика облигаций будет зависеть от того, насколько бюджетный тормоз компенсирует инфляционное давление дорогой нефти.

Золото оказалось одним из явных победителей первых часов. К 09:28 UTC спотовая цена выросла примерно на 3%, до $4046,91 за унцию, декабрьские фьючерсы достигли $4057,20. Более слабый доллар удешевляет золото для покупателей с другими валютами, а риск бюджетной борьбы в Вашингтоне поддерживает спрос на защитные инструменты. Серебро подорожало до $51,99 за унцию, платина — до $1461,58, палладий — до $985,64. Но рынок одновременно учитывает высокую инфляцию и вероятность дальнейшего повышения ставок ФРС, поэтому дальнейший рост драгоценных металлов будет зависеть не только от политики.

Криптовалюты отыграли первоначальные потери вслед за фондовыми фьючерсами. Биткоин прибавлял 0,7% и торговался около $78 354, эфир рос на 1,4%, до $2323. Однако новый Конгресс может задержать инициативы по дерегулированию крипторынка и изменить порядок надзора за биржами. На настроения накладывается крупный взлом Binance и оттоки из американских Bitcoin-ETF. Для крупных криптоактивов политика становится дополнительным источником волатильности поверх стоимости денег, рыночной ликвидности и доверия к инфраструктуре.

В корпоративных секторах реакция различалась. Акции компаний, связанных с дата-центрами, включая IREN, Hut 8, Applied Digital, CoreWeave и Nebius, снижались на опасениях новых ограничений. В то же время AMD прибавляла около 6,2% после прогноза сильного роста бизнеса в 2027 году. Европейский STOXX 600 утром рос примерно на 0,5%, несмотря на тревогу американского технологического сектора. Для инвесторов ключевой водораздел теперь проходит между бизнесами, зависящими от новых политических решений, и компаниями с устойчивым текущим денежным потоком.

ИИ-дата-центры: Техас превращает энергетические ограничения в риск для инвесторов

Поражение республиканцев создало особенно ощутимую проблему в штатах, где строятся крупнейшие дата-центры США. Новая губернатор Техаса Джина Инохоса выступает за мораторий на новые комплексы, усиление контроля над водой и электроэнергией и прекращение налоговых льгот для отрасли. Поддержка у такой политики есть далеко за пределами демократического электората: в октябрьском опросе 69% жителей Техаса выступили против новых дата-центров рядом с домом.

Сопротивление возникло ещё при республиканском губернаторе. В сентябре Грег Эбботт поручил экологическому регулятору Техаса остановить выдачу разрешений на дата-центры до завершения аудита электросетей и водных ресурсов. Инохоса получает возможность закрепить более строгий режим на длительный срок. Для девелоперов неопределённость означает перенос подключения к сетям, пересмотр инженерных решений и потенциальное увеличение стоимости капитала.

В Техасе ставки особенно высоки: Google объявила о вложениях $40 млрд в облачную и ИИ-инфраструктуру штата до 2027 года. Крупные операторы строят не просто серверные здания. Они одновременно резервируют сотни мегаватт мощности, закупают трансформаторы и оборудование охлаждения, прокладывают линии передачи и заключают долгосрочные контракты на электроэнергию. Задержка подключения откладывает запуск вычислительных услуг, но обслуживание привлечённых средств и подготовка площадок продолжают требовать денег.

Победа демократки Кейши Лэнс Боттомс в Джорджии усиливает аналогичные опасения на юго-востоке США. Для производителей ускорителей и серверов задержки означают возможный перенос заказов. Для энергокомпаний и подрядчиков по сетям более строгие нормы создают другой эффект: новые проекты потребуют большего объёма инвестиций в генерацию, накопители и инфраструктуру подключения. Часть расходов в конечном счёте окажется в тарифах, если регуляторы не заставят разработчиков оплачивать собственную нагрузку.

Мировая оценка инвестиций в дата-центры до 2050 года в центральном сценарии PwC составляет $31,6 трлн. На практике вопрос уже не только в наличии капитала у технологических гигантов. Способность разместить вычислительные мощности всё сильнее зависит от согласия местных жителей, достаточного энергоснабжения и политических решений губернаторов. В условиях, когда на ИИ завязаны оценки крупнейших компаний и значительная часть капитальных расходов США, остановка нескольких крупных площадок способна изменить прогнозы целой цепочки поставщиков.

С 3 января новые парламентские большинства начнут определять условия финансирования администрации Трампа, проверять её решения и влиять на темпы отдельных отраслевых программ. Для Республиканской партии ближайшие месяцы станут борьбой за контроль над собственной будущей стратегией; для Белого дома — борьбой за деньги и политическую свободу действий. Промежуточные выборы в США изменили обе стороны этого уравнения. На мировых рынках решающими станут не партийные лозунги, а конкретные бюджетные голосования, ситуация в Ормузском проливе, решения ФРС и сроки ввода ИИ-мощностей.

Источники

• Reuters — результаты промежуточных выборов США 4 ноября 2026 года, политическая реакция, котировки фондового, валютного, нефтяного и криптовалютного рынков.
• Associated Press — смена контроля над Конгрессом, губернаторские выборы, настроения избирателей и расходы на войну с Ираном.
• Сенат США — конституционная процедура импичмента и полномочия палат Конгресса.
• International Energy Agency — нефтяные и газовые потоки через Ормузский пролив в 2025 году.
• Федеральная резервная система США — решение по процентной ставке 28 октября 2026 года.
• Center for Strategic and International Studies — структура дополнительного бюджетного запроса на $87,6 млрд.
• Федеральная избирательная комиссия США — пожертвования политическим комитетам в избирательном цикле 2025–2026 годов.
• Georgia Public Broadcasting — переизбрание Джона Оссоффа в Джорджии.
• Atlanta Journal-Constitution — опрос о президентских перспективах Оссоффа.
• ABC News — отношение избирателей Техаса к строительству дата-центров.
• Google — инвестиционные планы в Техасе.
• PwC — Global Data Centre Outlook 2026–2050.

Больше новостей здесь.