Виктор Горвик
Автор статьи

Финансовый рынок

Если ИИ заменит людей, зачем будет нужен человек?

Автор статьи: Виктор Горвик

8 минут на чтение 13 человек
Если ИИ заменит людей, зачем будет нужен человек?
Реклама
Реклама

Если ИИ заменит людей, чем займётся человечество в мире без работы?

Искусственный интеллект уже меняет рынок труда, хотя массовых увольнений, которых опасались несколько лет назад, пока не произошло. Дания, где ИИ применяют чаще, чем в любой другой стране Евросоюза, обнаружила более тихий эффект. Компании всё реже приглашают новых работников. Но что произойдёт, если ИИ заменит людей практически во всех видах работы, включая научные исследования и самостоятельную постановку задач? Тогда вопрос будет не только в профессиях будущего, но и в том, откуда люди возьмут деньги, общественное признание и смысл жизни.

Первый удар ИИ приходится на тех, кого ещё не наняли

В 2025 году искусственный интеллект использовали 42% датских предприятий с десятью и более работниками. Средний показатель ЕС составлял 20%, следует из статистики Eurostat. Дания оказалась удобной площадкой для проверки того, как быстро новая технология меняет решения работодателей.

Исследование Национального банка Дании сопоставило данные о внедрении ИИ с ежемесячной статистикой занятости. У компаний, начавших использовать его в 2023 году, к концу 2025-го рост численности сотрудников был на 11% ниже, чем у сопоставимых предприятий без ИИ. Речь не о сокращении 11% работников. Большую часть разрыва объясняет снижение найма, особенно в небольших компаниях и профессиях, где алгоритмам уже можно передать значительную часть задач.

Для выпускника университета это имеет значение ещё до первого собеседования. Работодатель способен расширить объём работы без дополнительного младшего аналитика, переводчика или помощника. Вакансия не исчезает из статистики увольнений, потому что её могли вообще не открыть. А человек теряет первую ступень карьеры, на которой раньше учился проверять результаты, работать с клиентами и разбираться в ошибках.

Американские данные указывают на похожую проблему. В обновлённом исследовании Stanford, опубликованном в августе 2026 года, занятость работников 22–25 лет в профессиях с высокой подверженностью ИИ оказалась на 19% ниже уровня, который получился бы при сохранении динамики их менее затронутых сверстников. Исследователи также связывают разрыв прежде всего с ослаблением найма, а не с волной увольнений. Корпоративные опросы также фиксируют сокращение потребности в новых сотрудниках, причём без формального уменьшения штатов.

Сравнение внедрения искусственного интеллекта в Дании и ЕС и показатель занятости датских компаний
В 2025 году ИИ использовали 42% датских предприятий против 20% в ЕС; у внедривших технологию фирм рост занятости отставал от сравнительного тренда.

Общая занятость в Дании между тем остаётся устойчивой. Люди, которых не приняли на работу в одном месте, могут устроиться в другом. Но если подобный механизм распространится сразу на множество отраслей, первое рабочее место превратится в дефицитный ресурс. Опытные сотрудники сохранят преимущество, а начинающим станет труднее получить опыт, который работодатели продолжают требовать.

Датская подушка безопасности вместо обещания вечной работы

Заместитель управляющего Национального банка Дании Сигне Крогструп связывает устойчивость страны с системой flexicurity. В ней компаниям сравнительно легко нанимать и увольнять персонал, а людям помогают пережить смену работы. Датская культура профессиональной мобильности поддерживается страхованием от безработицы, социальной защитой и доступом к обучению.

Это отличается от подхода, при котором государство пытается любой ценой сохранить существующее рабочее место. Если предприятие автоматизировало обработку документов, запретить технологию сложно и дорого. Датская модель допускает изменение структуры бизнеса и старается не оставлять потерявшего должность человека один на один с последствиями.

У такого устройства рынка труда три взаимосвязанных элемента:

  • Компания может быстрее менять численность персонала и необходимые квалификации.
  • Работник получает финансовую поддержку на период поиска следующего места при соблюдении условий системы.
  • Образование и переподготовка повышают шансы перейти в другую сферу, когда прежняя работа сокращается.
Сигне Крогструп о гибком рынке труда, поддержке доходов и переобучении в условиях развития искусственного интеллекта
Сигне Крогструп, заместитель управляющего Национального банка Дании, считает гибкость рынка труда, поддержку доходов и переобучение важными условиями адаптации экономики к ИИ. Bloomberg, 16 ноября 2026 года.

В интервью 16 ноября Крогструп подчеркнула особую опасность для молодёжи. Начинающим специалистам нужна не только теоретическая подготовка, но и первая возможность работать, совершать ошибки и учиться у коллег. Если ИИ выполнит всю простую работу, компании придётся сознательно создавать такую возможность, хотя непосредственная экономия подталкивает её к обратному.

Национальный банк не ожидает существенного влияния ИИ на общие показатели занятости и безработицы Дании до конца 2028 года. При этом Крогструп допускает отдельные очаги безработицы. Более жёсткие рынки труда могут столкнуться с большими трудностями при перераспределении работников, но и датская гибкость не гарантирует безболезненного перехода каждому.

Пока экономика создаёт новые рабочие места, эта конструкция выглядит разумной. Она защищает не конкретную должность, а шанс найти другую. У неё, однако, есть предел, который сегодня невозможно оценить по одним лишь показателям датского рынка.

Если ИИ начнёт сам выбирать задачи, переучиваться может быть не на кого

Нынешние советы работникам обычно исходят из простой предпосылки. Одни профессии исчезнут, другие возникнут, а люди освоят новые навыки. Но будущее, в котором ИИ и робототехника справляются с любой интеллектуальной и физической работой лучше человека, ставит другой вопрос. Зачем работодателю нанимать выпускника на новую должность, если машина способна быстрее освоить и её?

Граница уже сдвигается в научных исследованиях. Опубликованная в мае 2026 года работа в Nature описывает систему Robin, которая формулировала гипотезы, предлагала эксперименты и анализировала результаты в биомедицинском исследовании. Это не равнозначно работе полностью независимого учёного. Экспериментальная инфраструктура и контроль оставались частью исследовательского процесса. Другие автономные научные системы пока допускают серьёзные ошибки, включая неверные выводы и некорректные ссылки.

Между автоматизацией отдельной операции и ведением всего процесса пока остаётся существенная разница. Программа может составить отчёт. Агентная система получает цель, разбивает её на действия, использует инструменты и проверяет промежуточный результат. Следующий уровень предполагает уже самостоятельный поиск перспективных задач. Если такую систему соединить с надёжной робототехникой, она сможет не только проектировать устройство, но и организовывать его производство. В реальной экономике это потребует энергии, материалов, оборудования, доступа к данным и огромных вложений. Развитие вычислительной инфраструктуры для ИИ уже требует капитала далеко за пределами собственно программного обеспечения.

Международная организация труда в 2025 году оценила, что около четверти работников мира заняты в профессиях, на которые генеративный ИИ способен воздействовать в той или иной степени. Это не прогноз увольнения четверти населения. При сегодняшних технологиях чаще меняются отдельные обязанности, а не исчезает профессия целиком.

Но если предположить действительно универсальные машины, привычные убежища могут не сохраниться. Программист, инженер, хирург, учёный и художник окажутся в одном положении. Человек сможет продолжать заниматься любимым делом, но конкурировать с автоматизированной системой на рынке платных услуг будет гораздо труднее. И тогда вопрос о профессиях сменится вопросом о праве на доход.

Изобилие за закрытой дверью: кому достанутся доходы от роботов?

Представим завод, где роботы сами создают продукцию, обслуживают оборудование и заказывают запчасти. Его производительность растёт, затраты на труд снижаются. Для собственника это может означать увеличение прибыли, а для покупателей снижение цен. Однако высокоэффективная фабрика ещё не гарантирует, что все смогут купить произведённые ею товары.

В обычной экономике зарплата выполняет две роли. Для фирмы это расход, для работника источник средств, которые затем возвращаются предприятиям в виде потребительского спроса. Если человеческий труд перестанет быть необходимым, доход от производства будет в большей степени поступать владельцам оборудования, программ и инфраструктуры. Массовая автоматизация одновременно поднимает вопрос о распределении собственности.

  • Замещение оплачиваемого труда машинами → снижение доли заработной платы в доходах при прочих равных → концентрация поступлений у владельцев капитала → необходимость новых каналов поддержания покупательной способности.

Вариантов несколько. При конкуренции между производителями часть выигрыша может перейти покупателям через более низкие цены. Государства способны финансировать пособия, базовые услуги или более широкие выплаты за счёт налогообложения доходов и ренты. Граждане могут получать дивиденды, если владеют акциями, долями фондов или общественных предприятий. Эти механизмы не исключают друг друга и зависят от конкретных законов, рынков и политических решений.

Международный валютный фонд в апрельском анализе 2026 года рассматривал необходимость сделать социальную защиту менее зависимой от наличия официальной работы, а налоговую систему лучше приспособить к доходам от капитала. Это не готовый план введения единой выплаты всем гражданам. У безусловного базового дохода остаются вопросы финансирования, инфляционных последствий и распределения средств между разными группами населения.

Полной бесплатности также не получится автоматически. Даже когда производство одежды или цифровых услуг станет почти безлюдным, земля в привлекательном районе, электроэнергия, редкие металлы, жильё и доступ к инфраструктуре могут оставаться дорогими. Снижение цены одного товара не отменяет ограниченности других.

Сегодня высокая концентрация капитала вокруг технологических компаний может сопровождаться финансовыми рисками ИИ-бума, даже если сама технология действительно повышает производительность. Поэтому для общества принципиально не только то, сколько произведут роботы, но и кто получит право распоряжаться результатом.

Схема распределения экономических выгод от автоматизированного производства между капиталом и населением
В экономике массовой автоматизации доступ людей к произведённым благам зависит от собственности, цен, налогов и социальных механизмов.

Посттрудовая экономика не обязана завершиться массовой бедностью. Но и всеобщий достаток не вытекает из мощности алгоритмов. Между производством и благосостоянием стоят институты, определяющие доступ к доходам и ресурсам.

Жизнь за пределами штатного расписания

Работа занимает гораздо больше места в человеческой жизни, чем строка в платёжной ведомости. Она задаёт распорядок, создаёт круг общения, даёт ощущение пользы и нередко определяет положение человека в обществе. Потеря должности болезненна не только сокращением доходов. Даже при обеспеченном существовании исчезновение привычной роли может обернуться одиночеством и растерянностью.

Представление о свободном от необходимости трудиться обществе обычно рисует счастливую картину. Можно путешествовать, заниматься музыкой, воспитывать детей, исследовать природу, учиться ради интереса. Вероятно, многие так и поступят. Но доступность свободного времени сама по себе не создаёт ни интересов, ни близких отношений, ни смысла.

Здесь возникает различие между экономической востребованностью и ценностью человеческой жизни. Забота о ребёнке не становится бессмысленной оттого, что робот способен лучше приготовить еду. Разговор с другом не теряет значения, если чат-бот отвечает быстрее. Любительский спорт не исчезает после появления машин, превосходящих людей по скорости и силе. В этих занятиях ценен не максимальный результат, а само человеческое участие.

Общество сможет развивать такие формы деятельности осознанно:

  • Поддерживать общедоступные пространства для спорта, образования, культуры и общения.
  • Оставлять людям возможность заниматься исследовательскими и творческими проектами независимо от их коммерческой эффективности.
  • Укреплять институты участия, чтобы граждане влияли на решения о городской среде, технологиях и распределении общественных ресурсов.

Есть ещё вопрос власти. ИИ может оказаться эффективнее в расчёте бюджета или поиске технического решения, но эффективность расчёта не означает права решать, какой образ жизни следует считать правильным. Предпочтения граждан часто конфликтуют, а распределение редких ресурсов требует легитимных правил. Даже в мире почти совершенных машин людям придётся договариваться друг с другом.

Вывод: к миру без обязательной работы не подготовиться одним дипломом

На ближайшем горизонте датский опыт даёт вполне практический ориентир. Работнику полезно осваивать ИИ как инструмент, учиться проверять его решения, сохранять способность переходить между задачами и не зависеть от единственного работодателя. Компаниям важно не уничтожить начальные позиции, где формируется будущая экспертиза. Государствам понадобятся доступная переподготовка, страхование доходов и возможность быстро вернуться к занятости. Но такая защита работает, только пока существуют новые места, куда можно перейти.

На более далёком горизонте придётся обсуждать уже не только навыки, а правила экономики. Если ИИ заменит людей во многих, а затем и почти во всех производственных и интеллектуальных задачах, профессиональная квалификация перестанет быть надёжным основанием для распределения благ. Тогда решающими окажутся доступ к доходам от капитала, общественным услугам и участию в принятии решений. Машины могут сделать труд необязательным, но они не определят за общество, кому принадлежит созданное богатство и ради чего людям жить.

Источники

  • Bloomberg — интервью Сигне Крогструп о датской модели flexicurity и переходе рынка труда к ИИ, 16 ноября 2026 года.
  • Danmarks Nationalbank — исследование AI Adoption and Firm Size: Employment Effects in Monthly Administrative Data, 16 сентября 2026 года; анализ рынка труда и прогноз до 2028 года.
  • Eurostat — статистика внедрения искусственного интеллекта предприятиями ЕС за 2025 год.
  • Stanford Digital Economy Lab — Canaries in the Coal Mine? Six Facts about the Recent Employment Effects of Artificial Intelligence, обновление 12 августа 2026 года.
  • International Labour Organization — Generative AI and Jobs: A Refined Global Index of Occupational Exposure, 20 мая 2025 года.
  • Nature — A multi-agent system for automating scientific discovery, 19 мая 2026 года.
  • International Monetary Fund — Global Economic and Financial Implications of Artificial Intelligence, 3 апреля 2026 года.

Больше новостей здесь.

Полезное

Крипто рынок

Дайджест криптоновостей за 16.11.2026:...

Срочный рынок

Котировки железной руды: фьючерсы КНР на...

Фондовый рынок

Мировой фондовый рынок: Азия падает,...

Крипто рынок

Биржа Hyperliquid обошла Bybit, Kraken и...

Срочный рынок

Добыча редкоземельных металлов: ставка на...

Финансовый рынок

Интервенция США в поддержку иены: лишь...

Фондовый рынок

Замедление экономики России: удары по НПЗ...

Крипто рынок

Заявления Трампа: биткоин, акции и нефть...

Срочный рынок

Экспорт нефти из России: спад на 36,6%...

Фондовый рынок

Дженсен Хуанг под угрозой: акции NVIDIA...

Другие новости

Гонконг запустит индекс облигаций Dim Sum

Финансовый рынок

Гонконг запустит индекс облигаций Dim Sum