5 минут на чтение 12 человек

Реклама

Реклама

Доля налогов в ВВП по странам: где государство собирает больше и меньше всего

Доля налогов в ВВП по странам различается в десятки раз. По данным Международного валютного фонда за 2024 год, в Дании налоговые поступления достигли 45,3% ВВП, тогда как в Ливии — лишь 1,2%. Такой разрыв нельзя читать как сравнение ставок НДФЛ или суммы, которую средний житель отдаёт из зарплаты: речь идёт о том, какую часть всей экономики государство аккумулирует через налоговые сборы.

Глобальный рейтинг стран по доле налоговых поступлений в ВВП, составленный Visual Capitalist на основе данных МВФ, показывает не только разницу между богатыми и бедными государствами. В верхней части списка преобладают европейские экономики с широкой налоговой базой, а в нижней рядом оказываются нефтяные страны и государства со слабой собираемостью. Поэтому одинаково низкий показатель может возникать при совершенно разных моделях государственных финансов.

Где доля налогов в ВВП по странам самая высокая?

Первое место занимает Дания с показателем 45,3% ВВП. Далее идут Болгария — 38,8%, Швеция — 38,7%, Намибия — 35,3% и Исландия — 33,4%. В первую десятку также входят Новая Зеландия, Норвегия, Эсватини, Люксембург и Финляндия. Семь из первых десяти государств расположены в Европе.

Места с 11-го по 20-е распределились так:

• 11-е место — Италия, 29,6%;
• 12-е — Бельгия, 29,6%;
• 13-е — Канада, 29,5%;
• 14-е — Австралия, 29,4%;
• 15-е — Черногория, 29,0%;
• 16-е — Франция, 28,7%;
• 17-е — Великобритания, 28,5%;
• 18-е — Австрия, 28,3%;
• 19-е — Греция, 27,8%;
• 20-е — Барбадос, 27,8%.

Таким образом, 14 из первых 20 позиций занимают европейские страны. Одна из причин — значительная роль бюджета в финансировании здравоохранения, образования, пенсионной системы и других общественных услуг. В такой модели государству требуется широкая и устойчиво работающая база сборов.

Высокая позиция Дании особенно показательна. Североевропейская модель сочетает значительные бюджетные поступления с большим объёмом государственных услуг. В экономиках, где часть здравоохранения, пенсионных накоплений или образования сильнее финансируется непосредственно гражданами и компаниями, меньшая доля денежных потоков проходит через бюджет.

При этом высокая позиция вовсе не означает, что средний житель страны отдаёт государству такой же процент своей зарплаты. Именно различие между макроэкономическим показателем и нагрузкой на конкретного налогоплательщика принципиально для правильного чтения рейтинга.

Почему показатель нельзя путать с налогами конкретного человека?

Главная методологическая ошибка — воспринимать эти цифры как эффективную ставку для гражданина. Если налоговые поступления составляют 45,3% ВВП, это не значит, что каждый житель Дании перечисляет 45,3% своего дохода государству.

В общую сумму входят платежи физических лиц, компаний и других участников экономики, тогда как база сравнения — весь созданный за год валовой внутренний продукт. На итоговое значение влияют структура доходов, потребление, прибыль компаний, размер формального сектора и особенности национальной системы сборов.

Для оценки того, сколько реально платит конкретный человек или предприятие, потребовались бы совершенно другие показатели:

• ставка подоходного или корпоративного налога;
• НДС и акцизы;
• обязательные социальные взносы;
• налоги на имущество и капитал;
• льготы, вычеты и необлагаемые суммы;
• правила для резидентов и нерезидентов;
• эффективная ставка после всех корректировок.

Даже количество отдельных платежей само по себе мало говорит о реальной нагрузке. Одна система может содержать десятки различных сборов, но иметь сравнительно узкую базу или многочисленные льготы. Другая — быть проще по структуре, но приносить бюджету большую долю национального продукта.

Этим макроэкономический рейтинг принципиально отличается от ситуаций, где исследуются обязательства отдельных владельцев капитала. Например, новые налоги на офшорные трасты в Китае непосредственно связаны со ставками, налоговой базой и обязанностями конкретных собственников активов. В рейтинге МВФ рассматривается уже вся экономика страны.

Где налоговые поступления занимают минимальную долю ВВП?

На другом конце списка находится Ливия — всего 1,2% ВВП. Следом идут Кувейт с 1,4%, Ирак с 1,7%, Йемен и Судан — по 2,0%. В первую десятку также входят Сомали, Нигерия, Катар, Бахрейн и Оман.

Позиции с 11-й по 20-ю также остаются далеко от среднемировых уровней:

• 11-е место — Южный Судан, 4,8%;
• 12-е — Гаити, 5,0%;
• 13-е — Иран, 5,2%;
• 14-е — Экваториальная Гвинея, 5,5%;
• 15-е — Ангола, 5,6%;
• 16-е — Мьянма, 5,6%;
• 17-е — Бруней, 6,1%;
• 18-е — Эфиопия, 6,2%;
• 19-е — Сьерра-Леоне, 6,4%;
• 20-е — Панама, 6,7%.

Нижнюю часть рейтинга нельзя воспринимать как список лучших стран для минимизации налогов. Рядом здесь оказываются совершенно разные экономики.

Кувейт, Катар, Бахрейн, Оман и Бруней получают крупные доходы благодаря природным ресурсам. Нефть и газ позволяют государству меньше зависеть от обычных налоговых поступлений по сравнению со странами, где основой бюджета являются платежи граждан и компаний.

Для беднейших государств причина зачастую противоположная. Большой неформальный сектор, низкие официальные доходы и ограниченные возможности налоговой администрации означают, что значительная часть экономической активности остаётся вне эффективной системы сборов.

Почему низкая доля налогов в ВВП не всегда означает низкую налоговую нагрузку?

Для понимания мирового рейтинга страны можно условно разделить на несколько моделей.

• Первая — развитые экономики с широкой налоговой базой и значительным объёмом государственных услуг. Здесь большая часть денежных потоков проходит через бюджет, поэтому отношение сборов к размеру экономики относительно высокое.
• Вторая — ресурсные государства. Нефть, газ и другие природные богатства способны обеспечивать правительству крупные доходы вне обычного налогообложения населения и компаний. В результате доля традиционных сборов в ВВП остаётся небольшой.
• Третья — экономики с большим неформальным сектором и ограниченными возможностями администрирования. Здесь проблема состоит не в избытке альтернативных государственных доходов, а в сложности охватить налоговой системой фактическую хозяйственную активность.

Два похожих результата могут поэтому возникать через противоположные механизмы:

• Высокие ресурсные доходы → меньшая зависимость бюджета от обычных налогов → низкая доля поступлений в ВВП.
• Большой теневой сектор → узкая фактическая база → слабая собираемость → низкая доля поступлений в ВВП.

Для предпринимателя место страны в этом рейтинге также не является готовым ответом на вопрос о привлекательности юрисдикции. При выборе государства для бизнеса приходится учитывать регулирование, ставки, банковскую инфраструктуру, отчётность и международные соглашения. По этой причине даже при сравнении стран для криптобизнеса налоговый фактор является лишь одной частью общей оценки.

Доля налогов в ВВП в странах бывшего СССР

Отдельное сравнение 15 бывших союзных республик показывает меньший разброс, чем глобальный рейтинг, но различия остаются значительными. Самый высокий показатель в группе у Украины — 27,4% ВВП. Беларусь находится почти на том же уровне — 27,2%. Затем идут Грузия — 24,9%, Эстония — 22,9%, Латвия — 22,8%, Армения — 22,4% и Литва — 22,3%.

Кыргызстан показывает 21,8%, Молдова — 21,2%, Россия — 19,2%. В нижней части регионального списка находятся Азербайджан — 17,8%, Таджикистан — 17,1%, Казахстан — 16,0%, Узбекистан — 13,6% и Туркменистан — 11,9%.

Региональное сравнение особенно хорошо показывает, почему высокий показатель нельзя автоматически трактовать как плохую налоговую систему. Страны Балтии известны сравнительно прозрачными и конкурентоспособными режимами для бизнеса, но государственные сборы относительно размера их экономик выше, чем в России, Казахстане или Узбекистане.

Для ряда государств СНГ дополнительную роль играет сырьевая специализация. В России, Казахстане, Азербайджане и Туркменистане государственные финансы тесно связаны с энергетическим сектором, поэтому бюджет зависит не только от стандартных налоговых ставок.

Показательный пример — Россия, где изменение стоимости экспортной нефти непосредственно влияет на нефтегазовые поступления. Ранее Bitryc разбирал, как снижение цены Urals усиливает давление на государственный бюджет. Такой механизм помогает понять, почему структура государственных доходов не сводится к обычным налогам на граждан и компании.

Почему США собирают относительно ВВП заметно меньше Европы?

США находятся на уровне 19,5% ВВП. Это значительно ниже многих крупных развитых экономик: Франция показывает 28,7%, Италия и Бельгия — по 29,6%, а Дания — 45,3%.

Одна из причин — различия в модели финансирования общественных услуг. В США значительная часть расходов на здравоохранение, пенсионные накопления и ряд других направлений сильнее проходит через частный сектор. В некоторых европейских государствах большая доля аналогичных расходов финансируется через бюджет.

Но налоговые поступления нельзя приравнивать к государственным расходам. Visual Capitalist приводит прогноз, согласно которому федеральные расходы США в 2026 году составят 23,3% ВВП при федеральных доходах 17,5%. К 2036 году прогнозируется уже 24,4% ВВП расходов и 17,8% доходов.

Разницу между доходами и расходами государство может покрывать заимствованиями. Поэтому бюджет способен расходовать больше средств, чем собирает в текущем периоде, но результатом становится дефицит и увеличение стоимости обслуживания накопленного долга.

США хорошо демонстрируют, почему нельзя делать вывод о масштабе государства только по одному коэффициенту. Доля налоговых поступлений отвечает на вопрос о способе наполнения бюджета, но ничего автоматически не говорит о размере дефицита или общем объёме государственных расходов.

Что показывает доля налогов в ВВП по странам?

Рейтинг МВФ прежде всего позволяет увидеть разные модели государственных финансов. В верхней части находятся экономики, где бюджет опирается на широкую базу и финансирует значительный объём общественных услуг. Внизу одновременно присутствуют ресурсные государства, имеющие крупные альтернативные источники доходов, и страны, которым сложно собирать платежи с большой части экономики.

Поэтому высокий показатель сам по себе не означает плохой инвестиционный климат, а низкий — выгодные условия для граждан или предпринимателей. Для таких выводов необходимы другие данные: конкретные ставки, социальные платежи, льготы, регулирование и эффективная нагрузка.

Доля налогов в ВВП по странам отвечает на более узкий, но важный вопрос: насколько значительную часть экономики государство аккумулирует через налоговые поступления. Именно в этом смысле разрыв между 45,3% в Дании и 1,2% в Ливии отражает не просто отличие отдельных ставок, а две принципиально разные модели формирования государственных доходов.

Источники

• Visual Capitalist — мировой рейтинг налоговых поступлений относительно ВВП на основе данных МВФ за 2024 год.
• Международный валютный фонд — статистика государственных финансов и налоговых поступлений.
• Congressional Budget Office — прогноз федеральных доходов и расходов США.

Больше новостей здесь.